18o
Многие мальчишки, мечтая о взрослой жизни, ищут для себя какой-то идеал для подражания, выбирают человека, на которого хочется быть похожим. Чаще всего в качестве такого идеала выступают звезды шоу-бизнеса, герои телевизионных программ, ну и, как прежде, летчики, космонавты, военные. А ведь истинные герои живут среди нас, которые изо дня в день скромно делают свою работу: учат, лечат, строят, перевозят, продают, убирают, кормят – делают все то, без чего мы не можем жить.
Славен человек труда. Эти слова смело можно отнести к Александру Николаевичу Владимирову, в прошлом механизатору «Каясановского», а затем «Алакульского» совхозов. Родился он 4 августа 1953 года в Шадринском районе в с. Сухрино, потом с мамой переехали к родственникам в Свердловскую область, а в 1975 году – в д. Куликово. Его отец был участником войны, старшим лейтенантом, командовал пехотной ротой. Домой вернулся живым, но инвалидом 2-й группы и умер рано, в 61 год. С матерью Александра познакомился в госпитале в г. Курган, где та работала.
Так случилось, что мама воспитывала сына одна, поэтому с самого раннего детства приучала его к труду. В качестве правил трудового поведения напоминала пословицы и поговорки: «Деревья смотри в плодах, а людей смотри в делах», «Терпенье и труд все перетрут», «Под лежачий камень и вода не течет», «Горька работа, да сладок хлеб».
Сначала Александр работал скотником на ферме № 6 в «Каясановском» совхозе. Несмотря на то, что тогда парню был всего 21 год, город его не манил. Сам деревенский, и деревню любит всем сердцем до сих пор. Правда, в животноводах ему оставаться не хотелось, тянуло к технике. Окончил курсы механизаторов, которые были организованы прямо в совхозе, и пересел на трактор, став дипломированным специалистом. Тонкости профессии помогли освоить замечательные люди Виктор Федорович и Александр Афанасьевич Ашмарины.
Труд хлебороба нелегкий, но особенно тяжелой ношей на Александре Николаевиче всегда лежала забота: забота о том, чтобы вовремя вспахать поле, вовремя посеять и убрать урожай, чтобы погода способствовала, чтобы техника не подвела в самый ответственный момент. Высокая ответственность выливалась в бесконечные трудовые часы и будни, когда день плавно переходил в ночь, а работа до седьмого пота и соревновательный дух захватывали так, что порой и домой не хотелось уезжать. Бывало, так и заночует в поле.
В бригаде было восемь трактористов, и между ними всегда негласно шло соревнование: кто больше и быстрее вспашет земли. При этом они всегда оставались друзьями-приятелями при любом исходе первенства. Конечно, первостепенную роль, чего уж тут таить, играла материальная заинтересованность каждого из механизаторов, ведь стимула никто не отменял, а народная пословица гласит: «Как потопаешь, так и полопаешь». Не выпрашивали же он эти деньги, в конце концов, а собственным потом зарабатывали. Зачастую в авангарде шел именно Александр Николаевич Владимиров. Особое рвение в работе объяснял просто: «Семью нужно было кормить, вот и старался». Зарабатывал неплохо – иногда получал до 2,5 тысячи рублей, в то время как другие трактористы всего 200 – 300. Каждый гектар сверх нормы оплачивался.
И все же Александр Николаевич больше любил работать один, как волк-одиночка. Не хотел в чем-либо от кого-то зависеть, не хотел быть в одной линейке. А в мужской кампании ведь как бывает: то давайте покурим, то чайку попьем, то поболтаем (мужчины, кстати, еще те охотники «поговорить за жизнь»), в итоге сколько времени зря пропадает. Не любил он этого. Наверное, где-то сказывался здоровый эгоизм, привитый ему еще в детстве: рос один, а значит, был везде и всегда первым и единственным.
Работать от зари до зари – это про него, про Александра Николаевича Владимирова. Бывало, так заработается, что и ночевать в поле останется. Сейчас он и сам не понимает, откуда силы брались. Но тогда все было на одном дыхании, весело, непринужденно. Где-то, наверное, верх брала молодость, а где-то все то же истинное трудолюбие. Вот что сам говорит Александр Николаевич, вспоминая то время: «Когда в хозяйстве начиналась горячая пора уборки хлебов, не менее горячее время наступало и для меня. Втянувшись в работу, времени не чувствовал. Кажется, еще рано, а на самом деле уже три часа ночи. Досыпал в поле, сны снились тяжелые. И во сне пахал…»
Технику (а она всякая побывала в руках у хлебороба-механизатора: и трактора, и комбайны, и бульдозеры, и кировцы) ремонтировал также прямо в поле. Бывало, признается сегодня Александр Николаевич, что мужики обижались на него за такое рвение к работе, мол, ведет себя как белая ворона. Но Владимиров из тех, кто такие выражения считает пустыми, а на пустое не обижаются. Поэтому, несмотря на иногда косые взгляды сотоварищей, все же ни с кем из них не враждовал, а соревновался только на хлебной ниве.
Было и такое, как говорит Александр Николаевич, что они подозревали руководство совхоза в «приписках», мол, просто так Владимирову добавляют гектары. Вот тут он единственный раз разозлился не на шутку. Пошел к В. А. Сидорову и потребовал, чтобы его оставили только на куликовских, родных, полях. Руководство совхоза пошло навстречу, и вспахал тогда пахарь Владимиров 1450 га пашни один, оставив своим напарникам всего-то гектаров 60 на троих. Те удивились, но и успокоились сразу же, ведь факты вещь упрямая. Кстати, Александр Николаевич уважал своего руководителя, В. А. Сидорова, который всегда мог определить человека работящего, сметливого, ответственного, и относился к таким людям с уважением.
Когда А. Н. Владимиров добивался хороших результатов, доказывал в первую очередь самому себе, что он способен высокопродуктивно работать. А своеобразной точкой отсчета собственных рекордов стало время, когда в «Каясановском» появились первые хлеборобы-тысячники, и тогда-то Владимиров подумал: «А я чем хуже? Почему они могут, а я – нет?» И смог.
Считает, что его работу оценивали в хозяйстве по достоинству. Кроме бесчисленных грамот и благодарностей, Александру Николаевичу была присуждена премия им. Т. С. Мальцева, были денежные вознаграждения, машины давали за труд – «Нива», например, верой и правдой служила ему 10 лет.
Несмотря на грандиозные трудовые успехи, стаж бывшего механизатора сравнительно невелик – всего 17 лет. Но и за эти годы было все: радость, досада, усталость. Трудового стажа было бы еще больше, но совхоз приказал долго жить. Многие селяне тогда остались не у дел. Без работы остался и Александр Николаевич. Домашнее подсобное хозяйство было всегда, и можно было жить, но Владимиров привык работать в коллективе, которого практически в одночасье не стало.
Прошлое вспоминает нынче пенсионер А. Н. Владимиров с ностальгией. После развала совхоза в 90-х годах на своих имущественных паях решили с некоторыми односельчанами организовать свое фермерское хозяйство, но, видимо, что-то не получилось. Затею пришлось оставить, и вот без привычной работы некогда передовой механизатор растерялся, а от безысходности и бессилия приложился к рюмке. Однако с помощью семьи справился с этой проблемой, и сейчас целиком поглощен внуками, домашними делами. Иногда в руки берет свои старые поделки и вспоминает, как наряду с работой в свободное время увлекался резьбой по дереву, неплохо рисовал, играл в вокально-инструментальном ансамбле.
«Была бы возможность вернуться в прошлое – ничего бы не поменял, – уверенно говорит Александр Николаевич. – Напротив, заново бы прожил свою нехитрую жизнь сельского труженика. И если бы вдруг сейчас, как много лет назад, организовали конкурс пахарей, принял бы в нем участие и не побоялся бы того, что уже много лет не держался за штурвал своего трактора. Как говорил Юрий Никулин в фильме «Когда деревья были большими», помнят руки-то, помнят родимые».
